Капуцины выбирают «проверенные» камни для орехов: следы прошлой работы решают всё

Дикие бородатые капуцины в Бразилии раскалывают орехи камнями, и новый эксперимент показал: при выборе орудия обезьяны ориентируются не только на твердость, но и на видимые следы того, что камень уже работал. Исследователи из Института эволюционной антропологии Макса Планка и Университета Сан-Паулу провели три серии тестов с двумя дикими популяциями капуцинов. Результаты опубликованы в журнале Proceedings of the Royal Society B: Biological Sciences. Данную информацию сообщает портал Phys.org.

В первом задании, когда все камни были неиспользованными, капуцины стабильно выбирали разные материалы для разных задач: мягкие — для наковален, твердые — для молотов. По словам первого автора работы Йоханны Хенке-фон дер Мальсбург, эта последовательность показывает не привычку, а понимание физических требований задачи. Во втором эксперименте обезьяны предпочли уже использованное место для раскалывания орехов — с битыми камнями и скорлупой, — а внутри него выбирали мягкие наковальни, твердые молоты и камни с видимыми следами износа.

В третьем тесте использованные камни напрямую сравнили с новыми. Для наковален следы прежней работы оказались важнее твердости: капуцины выбирали использованные камни, даже если те были не самыми удобными механически. Для молотов явного предпочтения по твердости после появления следов использования не осталось. Старший автор работы Лидия Лунц отметила, что это случай, когда социальная информация перевешивает индивидуальную оценку физических свойств, а самих следов оказалось достаточно, чтобы направить выбор.

Эксперименты демонстрируют, что социальное обучение у диких капуцинов не требует прямого наблюдения за другой обезьяной. Долговременные следы — битые камни и скорлупа — передают сведения о том, как и где задача успешно выполнялась в прошлом. По мнению авторов, такая непрямая социальная информация помогает сохранять и распространять традиции использования орудий среди поколений приматов даже без обучения и подражания.

Результаты также важны для археологов, изучающих стоянки древних гомининов. Скопления обработанных камней обычно объясняли доступностью сырья или практическими задачами, но новое исследование предполагает, что сами видимые следы прежнего использования могли привлекать древних людей обратно к тем же местам и материалам. Как сказала Лунц, археологический ландшафт мог работать как внешняя память, влияющая на то, где зарождались традиции работы с камнем.